Путеводитель по Мюнхену с еврейским уклоном

Имеет не столько хронологический порядок, сколько топографический.
В основу текста положена экскурсия, проведенная Ниной Сафьян.

Начнем с начала – с возникновения Мюнхена в 1158 году. Что же было в самом начале: история о том, что герцог Генрих Лев разрушил всем известный мостик? Наверное, нет. В начале была соль – белое золото – основа богатства Мюнхена? Тоже, наверное, нет. В начале было слово. В данном случае это был приказ Генриха Льва разрушить мост, по которому раньше доставляли соль и через который нужно было проехать и заплатить пошлину епископу города Freising.
Итак, был приказ Генриха Льва pазрушить этот мост, что сделали его солдаты ночью, чтобы не заметил епископ, и возвести этот мост в другом месте, где сейчас находится Ludwigsbrücke. На этом месте Генрих Лев построил таможню, и все повозки с солью проходили через новый мост, и те торговцы, которые ехали на этих повозках, платили пошлину Генриху Льву.
Конечно, это было несправедливо. Это был акт насилия, и епископ вскоре пожаловался кайзеру Барбароссе – великому Фридриху Барбароссе.
В городе Аугсбурге, который тогда уже был городом, состоялась встреча Барбароссы и епископа Фрайзинга, и император Барбаросса принял соломоново решение – он разделил доходы от продажи соли и от таможенных сборов между епископом Фрайзинга и Генрихом Львом- таким образом была восстановлена справедливость.

На том месте, где мы сейчас находимся, в то время было небольшое поселение монахов. И называлось это поселение „у монахов“ – bei Mönich. Со временем стало оно называться Мюнхен.
Вот вы видите толпу людей возле колонны Марии – они наблюдают за колокольным представлением. В 11, в 12 и в 17 часов вы всегда увидите здесь толпу. Это колокольное представление – третье по величине в Европе, но мало кто знает, что оно было в начале 20 века подарено городу Мюнхену бразильским консулом по фамилии Росфаль. Когда в 1936 году к власти пришли нацисты и обербургомистр Мюнхена узнал о неарийском происхождении консула, консул уже умер. Обербургомистр отдал деньги, которые в свое время пожертвовал консул с такими хорошими целями, его наследникам для того, чтобы никакого упоминания о дарителе неарийского происхождения вообще в истории Мюнхена не было.

Обратите внимание на герб Мюнхена, на нем изображен монах (герб менялся со временем, но монах оставался всегда, таким он остался и сейчас), а так же лев (это герб Баварии, наверное, не последнюю роль в этом сыграло имя Генриха Льва – основателя города Мюнхена). С тех пор 14 июня каждый год празднуется день основания города Мюнхена. Мюнхен почти такого же возраста, как Москва.

Вот это фонтан рыб. Здесь, на этом месте, был рыбный рынок, и торговцы держали выловленную рыбу здесь в проточной воде. Это был очень красивый фонтан, он был разрушен во время второй мировой войны. После войны он был восстановлен, но очень скромно. Вот эти фигурки с ведрами в руках сохранились, еще были четыре фигурки уличных музыкантов – они сейчас находятся в воротах Karlstor.

Такое восстановление памятников – не один к одному, а более скромное – делается намеренно, потому что нельзя восстановить в первоначальном виде то, что разрушено войной – это не восстановимо. Поэтому я думаю, что и в этот раз это было сделано специально.

Сейчас мы пройдем к тому месту, где жили евреи. Они появились в Мюнхене примерно через 70 лет после основания города. Мы пришли сейчас к месту, которое называется Marienhof. В 12 веке здесь был еврейский переулок Judengasse. Посмотрите на этот узкий переулок Albertgasse, так вот, Judengasse было как бы его продолжение.

Конечно, не было здания ратуши и всех этих здании. А что здесь было? А здесь была городская стена. То есть город практически здесь заканчивался. Немножко дальше была резиденция герцогов Виттельсбахов и евреи поселились здесь, наверное для того, чтобы быть как можно ближе к герцогам. Евреи платили герцогам так называемый еврейский налог за то, что бы они их защищали, но жизнь потом показала, что это не помогло евреям.

Евреи тогда не имели гражданских прав и характерно то, что именно эта категория населения должна была заниматься конкретными профессиями, т.е был запрет на профессии. Гражданских прав не имели многие, те которые были недостаточно богаты, чтобы платить налоги, но запрет на профессии был только для евреев. И еще они не имели права владеть недвижимостью и землей. Евреям оставались торговля, посредничество и ростовщичество, т.е. они брали деньги под залог под большой процент, а потом человек должен был вернуть долги с процентами, в этом случае он получал свой залог. Почему занимались этим именно евреи? Потому, что был запрет церкви на это занятие для христиан. Римский папа, ссылаясь на определенное место из библии, издал так называемые канонические запреты. Христианам запрещалось брать проценты со своих братьев, а чужим это было можно, библия это не запрещала, и папа римский смотрел на это совершенно спокойно. Евреи были чужими, вот они всегда и занимались ростовщичеством, а потом стали банкирами. Надо сказать, что это занятие было достаточно доходным и через много десятилетий им стали заниматься и христиане тоже. Они видели в евреях конкурентов и местное население – должники тоже видели в евреях врагов-кровопийцев: oни брали с них большие проценты, они забирали залог, т.е. евреи были всегда враждебны местному населению. И конечно в этом было дело. Весь город был должен евреям, и гораздо проще было их согнать в синагогу и сжечь, как это произошло в 13 веке, чем возвращать им долги. В этом были причины, а не выдуманные предлоги, например, участие евреев в ритуальных убийствах, отравление колодцев, заражение местного населения чумой.

В этом месте была в 13 веке построена синагога. Это разрешили Виттельсбахи, которые всегда относились к евреям с достаточным пониманием и корректно, ну за исключением самого последнего (правящего) Людвига III.

Синагога переводится как место собраний. Вот здесь собирались евреи и герцог Альбрехт III, который в конце 15 века изгнал евреев из Баварии и сделал ее judenfrei, в свое время разрешил евреям построить синагогу, а затем и кладбище. До этого евреи хоронили своих мертвых в Регенсбурге, они везли трупы и по дороге должны были платить за это довольно большой налог.

Надо сказать, что ритуальные убийства – тот предлог, под которым было очень много гонений на евреев, изображались художниками на картинах. Вот картина, которая висела в новой ратуше до начала второй мировой войны. Вот евреи распинают младенца, они используют его кровь в ритуальных целях для приготовления мацы. Ну как же было тем, кто это видел, не придти к мысли, что евреи – это враги, это чужие, они всегда жили по-другому, у них были другие традиции, у них была другая вера, они, кстати, жили с точки зрения гигиены значительно более чисто и аккуратно по сравнению с другим населением. Евреям предписано три раза в день мыть руки перед едой, евреям было запрещено ходить в общие бани, где было недостаточно чисто, евреи из ритуальных соображений должны были купаться в колодцах с дождевой или проточной водой – в микве, которая была вот здесь внизу синагоги.
Когда в 15 веке герцог Альбрехт III (как ни странно, но его называли набожный ) изгнал евреев из Баварии, синагогу не разрушили, на ее месте основали Groftkapelle и этот переулок, где мы сейчас стоим, стал называться Groftgasse. А что же сейчас на этом месте, где Marienhof? Это одно из немногих мест в городе, которое свободно, которое не застроено, очень много было дискуссий насчет того, что же здесь сделать – не может такое место пропадать. В конкурсе, который объявил городской совет, победил один архитектор, по его предложению здесь сейчас ведутся раскопки и вполне возможно, что найдут остатки синагоги и городской стены, которая здесь была еще в 12-13 веке. Потом на этом месте будет большой подземный гараж, а потом центр для встреч граждан т.е. это будут какие-то общественные сооружения.

Посмотрите на этого аиста, очень давно, в средние века, на этом месте была аптека, владельцами которой была семья Störch (эта фамилия переводится как аист) и вы увидите в Мюнхене очень много таких скульптурных фигурок, вот таких интересных обозначений на углах домов, над домами. Это было необходимо, потому что нумерация домов появилась в Мюнхене только в 1770 году по примеру Парижа. Жители Мюнхена, которые там были и которые имели вес в городском совете, настояли на том, что нужно и в Мюнхене ввести нумерацию. А до этого времени так выглядел адрес этой семьи: за ратушей, в доме, на котором аист, семья Aист.

Сейчас мы с вами подошли к так называемому Старому двору – это первая резиденция Виттельсбахов в Мюнхене. Эта династия правила Баварией почти 800 лет. Случилось так, что в свержении ее тоже принимал участие еврей и достаточно успешно, в 1918 году здесь в Мюнхене была Баварская советская республика – на этом закончилось правление Виттельсбахов. Возглавлял эту республику первый премьер министр Баварии – еврей Kurt Eisner.

A тогда, в 13 веке, Виттельсбахи построили себе эту резиденцию. Если Вы зайдете туда вы очутитесь как в оазисе – везде всегда толпы туристов, а там тихо, фонтан, красиво. Она восстановлена сейчас почти полностью, но давайте представим себе, каким красивым по тем меркам было это здание раньше, там была библиотека, там была очень интересная кирха – она была внутри резиденции. A там сразу же была городская стена и ров. Вы видите следующую улицу, она называется Hofgraben, но только название улицы осталось от того рва, с помощью которого Виттельсбахи защищались от врагов. Но жизнь показала, что защищаться им надо иногда и от своего восставшего народа. В 14 веке мюнхенцы восстали – они обнаружили обман Виттельсбахов. Правители решили строить себе новую резиденцию дальше, вот там где она находиться сейчас. И городская стена была передвинута дальше – второе укрепление Мюнхена. Вторую новую резиденцию Виттельсбахи строили несколько веков, а в старой резиденции осталось помещение управления.

А как выглядели здания Мюнхена в старые века, когда тут недалеко жили евреи? Посмотрите на самое старое сохранившееся здание Мюнхена. Конечно, оно было разрушено во время войны, конечно, его восстановили сейчас, но очень бережно, и можно получить представление о том, как выглядели здания тогда.

Здесь жил очень важный и влиятельный чиновник – городской писарь. Давайте представим себе, как он гусиным пером писал законы и протоколы заседаний городского совета. Не каждый мог стать городским писарем. Он должен был быть обязательно юристом. Он готовил решения городского совета и магистрата. Это был очень уважаемый человек. Позже он жил в другом месте, а в этом доме находилось тоже довольно важное для города учреждение – управление по торговле вином. Вино было тогда излюбленным напитком народа, не пиво, а вино! Оно было достаточно дешевым и кислым, это баварское вино. Со временем торговля вином стала другой, привозили в Мюнхен и продавали здесь на рыночной площади, которая стала потом называться Marienplatz, вино из Франции и Италии. А в начале пили дешевое и кислое баварское вино. Здесь остался винный погреб в старом стиле – ресторанчик–погребок. Потом через много лет это здание взяла в аренду одна голландская компания.

Мы идем сейчас по Burgstrasse. Обратите внимание – не переулок, а улица, это одна из немногих улиц в Мюнхене, которая была вымощена булыжником в 15 веке, поэтому она стала называться улицей. Она довольно широкая по сравнению с теми переулками, которые мы видели, – Albertgasse и Judengasse – она вела к крепости, в которой жили герцоги.

Центром жизни Мюнхена была старая ратуша, которая была построена еще в 15 веке. Это было место, где проводились городские праздники, а также внизу содержались заключенные, место, где заседал городской совет, где принимались законы и решения, очень важные для жизни города.

Если у Вас будет возможность, посмотрите на этот праздничный зал – он круглый, деревянный и очень интересно сделан. Конечно, эта ратуша, как и все остальные здания в центре Мюнхена, была разрушена. Только этот праздничный зал восстанавливали 5 лет. Делали это 20 скульпторов, миллиметр за миллиметром, они делали эту работу только вручную, наверное, точно так, как делали это в 15 веке, ничего они не применяли, никаких механизмов и современных приспособлений.

Обратите внимание: внутри, на втором этаже есть памятная доска о том, что здесь 9 ноября 1938 года состоялось совещание высшего органа управлявшего нацисткой партией и отсюда был издан приказ о погроме. Погромная ночь (Reichspogromnacht) начиналась здесь, вот на этом месте.
Погром – одно из немногих слов русского происхождения, которое вошло во все языки и осталось без изменения. Pogromnachtэто не Reichskristallnacht, это намного хуже. Reichskristallnacht – это хрустальная ночь, только осколки стекла из разгромленных еврейских магазинов валялись на улице… Pogromnacht это совсем другое…

Наверно интересно нам узнать, какие танцы танцевали в то время. Вот посмотрите на эту фигуру. Это сделал совершенно гениальный скульптор Erasmus Grasser (1480), он тоже жил в Мюнхене. Посмотрите на одежду, на прическу этого человека. Так одевались и так танцевали в средние века, ну конечно не евреи. Евреи жили по-другому, танцевали и одевались по-другому. Это так называемые Moriskentänzer, оригиналы находятся в городском музее.

В центре становилась красивая девушка, ее окружали танцоры, вот так одетые, она держала в руках яблоко или кольцо, и тот, кто танцевал красивее всех и выделывал самые замысловатые фигуры, получал от нее награду. Как много движения в этой фигуре! Большой праздничный зал в ратуше украшен копиями этих танцоров. Сегодня, когда проходит Oktoberfest, там можно увидеть молодых людей, точно так одетых, точно так причесанных, в такой точно обуви, которые пытаются, или действительно изображают все фигуры этого танца, т.е. традиция эта осталась и живет до сих пор.

Мы вышли на улицу, которая называется Tal, раньше она называлась Salzstrasse (Соляная улица), ее назвал так император Ludwig Bayer – это первый Виттельсбах, который стал императором.

Вот он стоит и смотрит на свою Соляную улицу и еще он видит, наверное, Isartor – это ворота, через которые шли все повозки с солью. Они попадали сначала на мост через Isar, потом ворота, потом шли вот по этой улице, достаточно широкой (со временем она была тоже вымощена булыжником), и попадали так на рынок на теперешней Marienplatz, бывшей Marktplatz. Торговцы должны были держать свой товар не менее 3 дней. Это тоже придумал Ludwig Bayer, это был толчок к экономическому развитию города. Если торговцы должны были 3 дня оставаться в городе, то здесь, на улице Таль, для них должны были быть пансионы (дома где они могли бы остановитъся), должны были быть кузнецы, которые ковали их лошадей и т. д.

Со временем город печатал собственные монеты и имел все больше и больше денег. Поэтому жители города довольно быстро стали обеспеченными людьми. А кто еще жил в городе Мюнхене кроме евреев? Конечно же, евреев было немного. Жили ремесленники, которые вырывались из-под гнета крепостничества, т.е. им удавалось попасть с город и было тогда выражение „городской воздух делает свободным“ („Stadtluft macht frei“), действительно, это были свободные люди. Город создавал все условия, чтобы они могли работать и платить налоги. Люди богатели и богател город. И вот эта улица – Таль, по обеим сторонам находились заезжие дворы, были магазины и примерно 1300 повозок с солью в день проходили по этой улице.

Этот дом потом стал домом городского писаря, он перебрался сюда с Burgstrasse, когда там обосновалось учреждение по торговле вином. Вот как он выглядел, вот рельеф.
А вот ниже львиный рельеф – уже плохо можно увидеть, что там происходит. Видно, что это львица и вот ее малыши-львята, которые родились не то мертвыми, не то слепыми, и по старинному преданию, она вдыхает в них жизнь. Очень много есть объяснений, почему здесь этот рельеф, что это значит, но одно из объяснений – это то, что религия значит для человека – она вдыхает в них жизнь.

Примерно три века в Мюнхене и в Баварии евреев почти не было. Когда их изгнали из Баварии, они двинулись в восточную Европу, особенно хорошо их принял польский король, и очень много евреев осело с тех пор в Польше. Многие попали в Россию, на Украину, в другие страны.
Но правители Баварии не могли долго обходиться без евреев. Евреи не нужны были им как граждане. Им нужны были деньги, и как источник денег евреи были нужны. И со временем герцоги стали приглашать евреев обратно в Геманию, в том числе, и в Баварию. И они возвращались на то место, откуда были изгнаны.

На том месте, где сейчас находится Mоrris Apotheke, стояло двух- или трехэтажное здание. На втором этаже жила семья торговца Бердхаймера (Berdheimer), который был ортодоксальным евреем и в доме которого собирались евреи для молитв. Это был дом, где в 1915 году 39 евреев организовали еврейскую религиозную общину Мюнхена, которая существует и по сей день.

Посмотрите – Таl 19 – Kalterhaus – Goldene 19. Наверное только очень старые мюнхенцы помнят, что на этом месте находился небольшой магазин одежды для мужчин и юношей, владельцами которого была семья Кальтер. Хозяйка заведения, фрау Кальтер, очень быстро могла определить, насколько богат тот человек, который пришёл что-то покупать. Мюнхенцы знали, что здесь ни одна вещь не стоит дороже, чем 19 марок. Так интересно владелица в целях рекламы обыграла номер этого дома. Если фрау Кальтер видела, что пришёл очень бедный покупатель, она могла отдать ему предмет одежды совсем дешево или просто даром.

В 1938 году семья Кальтер попала в Освенцим. Сын их, к счастью, успел уехать раньше, в 1936 году ему удалось уехать в Нью-Йорк, там он основал магазин, стал очень успешным торговцем и получил в свое время премию от мэра Нью-Йорка за инициативу организации мемориала холокоста в Нью-Йорке. Господин Марк Кальтер приезжал потом в Мюнхен и выступал с докладами. Но жаль, что здесь нет никакого упоминания о трагической судьбе его родителей.

Со временем помещение на улице Таль 13 становилось все более тесным. В начале 19 века появились законы, которые несколько улучшили положение евреев и их все больше и больше появлялось в Мюнхене. Надо сказать, что Виттельсбахи тогда тоже очень лояльно относились к евреям. В 1815 году Max Josef Виттельсбах издал так называемый Judenedikt, он состоял в основном из ограничении и запрещений, но все-таки права евреев расширялись, их положение улучшалось, поэтому все больше их приезжало в Мюнхен. И все больше их приходило в небольшое помещение на Tal 13.

Max Josef Виттельсбах дал разрешение на постройку первой в Мюнхене настоящей, достаточно большой, синагоги. Вот здесь на Westenriederstraße – сейчас здесь пустое место, паркплац – но вот здесь находилась эта синагога – Westenriederstraße 10 или 12. Aрхитектором ее был известный королевский архитектор Metivier, он построил много интересных сооружений.

Синагога не бросалась в глаза, она была построена в классическом стиле и мало отличалась от окрестных зданий. Может быть, это было сделано специально – трудно сказать. Но совершенной сенсацией было появление на празднике в честь открытия синагоги короля Людвига I и королевы Терезии. Они принесли в подарок две большие вазы, которые находились в центре синагоги возле молельного шкафа, и подарили несколько колонн из знаменитого мрамора с озера Tegernsee. Открытие синагоги было очень большим праздником, в котором участвовали не только евреи. Дворцовая капелла пела специально написанный гимн. Гимн написал тоже придворный композитор, который дирижировал этой капеллой.

И со временем в синагоге появился орган и хор, что было не особенно в рамках еврейской традиции. О чем это говорит? О том, что евреи всегда проявляли лояльность по отношению к правителям той страны, в которой они жили, по отношению к народу, рядом с которым они жили. Орган и хор – это скорее атрибуты католической христианской службы. Но евреи очень хотели показать Виттельсбахам в Мюнхене, что они являются их самыми лучшими подданными, что они выполняют все законы и предписания. Они очень хотели жить так, чтобы получить равные со всеми права, но это удалось им значительно позже.

Эта доска говорит нам очень мало. Можно показать фотографии и рассказать. Но тот случайный прохожий, который случайно увидит эту доску не узнает никогда, что на этом месте стоял один из самых больших магазинов Мюнхена. Он назывался по имени хозяина магазина Uhlfelder, так он выглядел в то время. Макс Ульфельдер происходил из семьи, которая поселилась в Мюнхене примерно за 100 лет до этих событий, его предок Абрам Ульфельдер был членом правления еврейской общины Мюнхена; он был одновременно ортодоксальным евреем и был страстным патриотом Баварии и Мюнхена – оба эти качества передались его потомкам, в то числе, и владельцу магазина Максу Ульфельдеру. Они очень любили свой город, они очень любили Баварию. Магазин Ульфельдера был известен еще и тем, что хозяин создал очень хорошие условия труда. Он ввел в воскресение выходной день для всех служащих. Это был первый магазин в котором появился эскалатор. Это был магазин, в котором появился маленький зоопарк, для того чтобы дети покупателей могли увидеть этих животных и даже их погладить. Торговые площади достигали 5000 кв. метров – по тем временам это был огромнейший магазин. В ночь на 10 ноября 1938 года магазин был разграблен, так же как большинство еврейских магазинов во всем городе и во всей стране.

Мы говорили уже, что приказ о погромной ночи исходил из старой ратуши. 9 ноября 1938 года там собралось руководство фашистской партии во главе с Гитлером, для того, чтобы отметить 15 летний юбилей со дня начала первого путча, который провалился в Мюнхене 9 ноября 1923 года. Каждый год отмечали годовщину со дня начала этого путча, а в 15-летний юбилей собралось особо представительное общество в зале старой ратуши. Примерно в 10 часов, незадолго до того, как Гитлер должен был выступать с речью, пришёл офицер с каким-то сообщением, Геринг, Геббельс и Гитлер пошептались между собой. Гитлер поднялся и ушёл в свою квартиру на Prinzregentenstraße, а Геринг разразился речью и призвал к oрганизованному погрому еврейских магазинов по всей стране. Поводом был выстрел в Париже 17 летнего еврея Герша Гриншмана. Был убит немецкий дипломат.

Почти 100 евреев погибли в эту ночь в Мюнхене. Большинство были арестованы и доставлены в Дахау. Особенно циничным мне кажется то, что еврейская община должна была заплатить потом как штраф миллиард марок, чтобы ликвидировать последствия этой ночи, убрать стекло из разбитых витрин и привести город в порядок.

Господину Ульфельдеру после войны предлагали большие деньги за этот участок. Он вернулся в свой любимый город и увидел, какая страшная развалина на месте его магазина. Но он так любил свой город несмотря ни на что. Он продал за небольшую цену этот участок городу Мюнхену, который как раз собирался увеличить площадь своего городского музея. И на этом месте, где стоял магазин Ульфельдера, сейчас находится отдел под названием «Национал-социализм в Мюнхене», там постояннодействующие выставки, там всегда много экскурсий – и это очень символично.

Улица, которая называется Löwengrube, интересна тем, что далеко не все номера на ней есть. Вы не увидите здесь номер 20 и 23, эти дома были разрушены во время войны. Здесь много лет жили богатые еврейские семьи. Вот Aufhäuser – Privatbank. Это богатая еврейская семья, которая владела этим банком еще до войны (обратите внимания на то что еврейская община Мюнхена до сих пор хранит здесь свои средства).

Перед самым началом войны произошла так называемая ариизация, т.е. у еврейских владельцев, которые очень успешно вели свое дело и очень много делали для поддержки Мюнхенских организаций – университетa, зоопаркa, больниц – банк этот был отобран и передан немецким владельцам – это и называлась ариизация. После войны вернулись прежние владельцы или их наследники, и банк Aufhäuser стал опять частным банком и работает успешно до сих пор.

Здесь находилось также здание, где жил Генрих Коган – хозяин магазина, который торговал тканями, кружевами, замшей. Магазин тоже был отобран и передан немецким хозяевам – семье Loden Frey. Они забрали и магазин господина Когана, и его дом. Вот сейчас их огромный магазин – очень известный и достаточно успешно работающий.

Еще раньше примерно в 18 веке здесь жила самая красивая еврейка Мюнхена – вот ее портрет – Nanette Kalla – красивая Нанни, как называли ее жители. Она была настолько красива, что король Людвиг I поручил своему придворному художнику Штиллеру сделать ее портрет и поместить его в галерею красавиц в Нимфенбурге. Это один из самых любимых портретов, потому что именно это изображение находится на табакерках, чашках и другой сувенирной продукции, которая производится в Нимфенбурге бывшей королевской мануфактурой. Таким образом, на этих сувенирных изделиях Наннете Калла вошла в дома настоящих мюнхенцев, старых мюнхенцев – на старой посуде ее портрет. Когда она шла по улице, все прохожие останавливались и смотрели на нее. Люди, которые ее знали, говорили, что очень жаль, что не видно на этом портрете, какие красивые были у нее руки, необыкновенной красоты крошечная ножка. Нанетте Калла вышла замуж за Соломона Гейне – дальнего родственника поэта Гейне. Соломон Гейне был представителем одной из оптовых фирм Гамбурга. Потом молодые переехали сюда, в дом на Lövengrobe 20, и жили здесь до смерти господина Гейне. Затем Нанетте Калла переехала в свой дом на Глюкштрассе и осталась достаточно бедной вдовой. Умерла и похоронена на старом еврейском кладбище. Но сохранились воспоминания ее родственников, они писали, что она была до самой смерти необыкновенно красивой женщиной.

На этом месте в феврале 1919 года был убит Kurt Eisner. Это был еврей, происходивший из семьи, в свое время приехавшей в Германию из Галиции. Kurt Eisner попал в Мюнхен из Берлина, т.е. мало того, что он был евреем, он был еще и берлинским евреем.

Он был литератором, достаточно далеким от иудаизма, никогда в жизни не был ортодоксальным евреем и вообще считал себя атеистом. Он был убежденным пацифистом, им он стал после участия в первой мировой войне. В Мюнхене он занимался литературной деятельностью, работал в редакции одного из журналов. Но сложилось все так, что 7 ноября 1918 года – ровно через год после начала Октябрьской революции в России – социалистическая революция произошла в Мюнхене и Баварскую социалистическую республику возглавил Kurt Eisner. Этим был, кстати, очень доволен Ленин, он прислал приветственные телеграммы. Ленин считал, что мировая революция или почти победила, или уже победила. Но революция эта была, как и все остальные революции бессмысленной. В состав революционного правительства входили в основном литераторы, тоже, кстати, евреи, происходившие из России, Густав Ландауер, Евгении Левине и другие соратники Айснера.

Ситуация в Мюнхене тогда была очень тяжелой, солдаты, вернувшиеся с фронтов первой мировой войны, были в ужасном состоянии, экономика была в совершенном кризисе, цены были невероятно высокими.

Некоторая часть населения Мюнхена поддержала эту республику, но в основном люди увидели, что крушение монархии – полное изменение строя, т.е. крушение их основных жизненных ценностей – связано опять с евреями и это было толчком к огромному росту антисемитизма.

Kurt Eisner довольно быстро понял, что цели революции не достигнуты и не могут быть достигнуты. В феврале 1919 года он шёл к зданию Landtag (оно находилось тогда немножко дальше на Praanerstraße), в кармане у него было заявление об отставке. На этом месте его убил граф Антон Арка (графу тогда было 23 года, он происходил со стороны матери из еврейской семьи Апфенхаймер, которая крестилась еще в 17 веке).

В глазах тех, кто входил вместе с ним в так называемое „toll“ общество граф Арка оставался евреем. И для того чтобы доказать, что он не еврей, он убил еврея Kurt Eisner – здесь, на этом самом месте. Граф Арка получил срок, который он отсидел в люксус- камере. Сначала это был пожизненный приговор, потом его сократили до 8 лет, в итоге он отсидел 3 года и вышел на свободу в 23 году.

Его место в люксус-камере занял Адольф Гитлер. Как раз в это время баварский суд приговорил его к заключению после провала первого путча. Гитлер занял камеру, из которой был выпущен граф Арка, и написал там книгу „Mein Kampf“.

Это здание похоже на дворец, жители Мюнхена его так и называли: дворец еврея Bernheimer. В начале 20 века семья Бернхаймер построила это здание, одно из первых такого назначения в Мюнхене. Внизу находился огромный магазин и склад, а наверху были помещения, в которых жила эта семья. Здание было и по тем временам очень красивое, его строил замечательный архитектор Tirsch, тот, который построил дворец юстиции.

Эта семья организовала раньше всех в Германии торговлю товарами с востока, например, персидские ковры Отто Бернхаймер получал прямо из Персии. У главы семьи было особое коммерческое чутье и хороший художественный вкус. Он понял раньше других, как со временем будет выгодно продавать антиквариат, который в свое время, когда его покупал по низкой цене Бернхаймер, казался просто старой рухлядью.

Когда нацисты пришли к власти, им тоже понадобилось украшение их зданий, но в тоже время был и закон, запрещавший членам партии NSDAP что-то покупать в еврейских магазинах. Геринг, который был страстным коллекционером и очень хорошо разбирался в антиквариате и в искусстве, приходил с черного хода, и это было большой тайной – то, что он что-то покупал у господина Бернхаймера, но он все-таки был одним из его клиентов.

В ночь на 10 ноября, погромную ночь, в 1938 году господина Бернхаймера и трех его сыновей забрали в лагерь Дахау и несколько грузовиков вывезли самое ценное из магазина и склада. К счастью, один из сыновей Бернхаймера был консулом Германии в Мексике и жена этого консула фрау Бернхаймер сообщила в Мексику о том, что произошло. Немедленно из Мексики была послана телеграмма правительства о том, что там задержат 12 немцев, занимающих видное положение и предпримут другие меры, чтобы сохранить дипломатическую неприкосновенность Отто Бернхаймера – только это и помогло членам семьи Бернхаймера через 3 или 4 дня уйти из лагеря Дахау и это послужило толчком к их эмиграции. Условия для них фашистское правительство создало ужасные, нужно было заплатить огромный налог, тем не менее, они уехали сначала в Венесуэлу, потом в Чили, потом в Америку.

Восемь членов семьи Бернхаймер остались в Мюнхене, из них трое умерли своей смертью, а 5 покончили жизнь самоубийством, когда поняли, в какую страшную ловушку они попали.

Это здание очень долго реконструировалось, его вернули наследникам, но они потом его продали, сейчас здесь находятся галереи и офисы, а внук господина Бернхаймера имеет антикварный магазин на Променаденплац.

В конце 19 века в Мюнхене становилось все больше и больше евреев, и в 1887 году было получено разрешение на постройку главной синагоги Мюнхена. Большой, очень красивой синагоги – ее построил архитектор Альберт Шмидт, который построил здания многих банков и в то время был очень известным и хорошим архитектором. Он построил ее в так называемом новороманском стиле. Если вы хотите представить себе, как выглядела главная синагога Мюнхена, посмотрите, как выглядит церковь святого Луки в Lehel – ее построил тот же самый архитектор, и внешне она очень похожа на главную синагогу. Церковь св. Луки – это протестантская церковь. Такой же самый необожженный камень, из которого была построена в свое время знаменитая Frauenkirche, был применен Шмидтом при постройке и главной синагоги, и церкви св. Луки, но судьба у них оказалась разной.

Видите, главная синагога Мюнхена находится рядом с домом Искусства. Здесь было одно из мест, в которых любил бывать Гитлер, и вот в июне 1938 года он проходил мимо синагоги и сказал, что это пятно позора должно исчезнуть. Кстати, никакого письменного приказа об этом не сохранилось, но через несколько дней после этого руководителей общины вызвали к городскому начальству и сказали, что в связи с проведением в городе большого количества работ по улучшению транспортного сообщения это сооружение должно исчезнуть, и на этом месте будет то ли стоянка для машин то ли трамвайные пути.

Работу по разрушению синагоги вела строительная фирма Möll, выполнено это было очень быстро, в течение трех недель. Евреи провели здесь прощальную службу. Орган, который украшал здание, был разобран и вывезен, и его остатки находились в одной из кирх. Мало кто знает, что в это же время, с разницей в несколько дней, под тем же самым предлогом была разрушена протестантская церковь св. Матеуса на Sonnenstrаßе. Та церковь, которая сейчас там, построена вместо разрушенной примерно на том же месте, потому что евангелическая община сразу после войны обратилась к городским властям о восстановлении этой кирхи.

Главная синагога Мюнхена не восстановлена и не будет восстановлена здесь, потому что это место продано фирме Karstadt. Еврейская община поставила условие, чтобы здесь никогда ничего не строили. И фирма Karstadt устроила здесь подземный гараж, a наверху такой сквер и памятный камень, слова на иврите – это строчки псалма которые переводятся так: “они сжигают твою святыню, позорят места твоего имени“ – это 74 псалом.

Очень часто люди, которые приходят к этому памятнику, кладут камешки по еврейскому обычаю. Здесь проходит зажжение ханукии. Здесь проходят траурные митинги 9 ноября в память о погромной ночи, читаются имена тех, кто погиб или были депортированы, т.е. это памятное место для евреев Мюнхена.

Вторая синагога Мюнхена – ортодоксальная синагога – находилась на Herzog-Rudolf-Straße 3-5-7. Это была небольшая синагога, которая отличалась от главной абсолютно всем. Главная синагога была синагогой либеральных евреев, местных евреев – можно так их назвать, которые стремились к тому, чтобы интегрироваться, приспособиться каким-то образом к жизни вокруг. Достаточно сказать, что в главной синагоге тоже был орган, тоже был хор, против этого очень возражали другие члены общины, принадлежавшие к ортодоксальному кругу, это были так называемые Оst Juden – восточные евреи, которые приехали в Мюнхен в начале 20 века. Жили они в основном в районе Reichenbachstraße – Gärtnerplatz. Они приехали из местечек Польши, в основном из Галиции, из России, из Украины после петлюровских погромов. Они принесли с собой совершенно другую культуру, они одевались так, как одевались там, в их местечках, женщины носили парики, мужчины носили пейсы. Они не могли примириться с тем, что в синагоге играл орган, пел хор. Они хотели, чтобы все выглядело по-другому – в их традициях, ортодоксальных традициях. Дошло до того, что они выделились в другую общину, они организовали как бы свою общину в общине.

Потом на деньги спонсоров, которые тоже ходили в эту синагогу, кстати, семьи Фейхтвангер – очень богатой и очень известной в Мюнхене, примерно 150 человек насчитывала эта семья – была построена синагога на Herzog-Rudolf-Straße. Эта синагога была разрушена в погромную ночь, на том месте, где она была, сейчас совершенно безликие современные здания и довольно высоко находится мемориальная доска, на которой написано, что здесь была синагога.

И наконец, новая синагога – на Jakobsplatz. Это место выделено городским советом Мюнхена. Здесь не только синагога, но и еврейский центр с музеем и школой. Это значит, что еврейская жизнь Мюнхена не закончилась после второй мировой войны.

No Comments

Sorry, the comment form is closed at this time.